msannelissa (msannelissa) wrote,
msannelissa
msannelissa

Дело Виктора Гибадуллина

Предприниматель Виктор Гибадуллин осуждён Коптевским судом г.Москвы на 8 лет лишения свободы за то, что, по версии следствия, приобрёл квартиру у трупа. Как подобное стало возможно? Смотрите ниже.



Сделка между Виктором Гибадуллиным и (на тот момент живым-невредимым) собственником квартиры Валерием Борщовым состоялась 20 апреля 2012 года. Но 28 апреля труп гражданина Борщова с огнестрельным ранением в голову был выловлен из канала им. Москвы между городами Химки и Долгопрудный.

Это – практически вся (!!!) достоверная информация, содержащаяся в деле. Остальное -- туманные домыслы, неопределённые предположения, свидетельские показания ни о чём и экспертизы с точностью плюс-минус десятки недель. как сказано в документах.

Наиболее логичным объяснением было бы то, что Виктор Гибадуллин всего лишь купил квартиру. Как видно из обстоятельств дела, поведение продавца квартиры его насторожило, но недостаточно сильно. Стоимость квартиры была привлекательной, а в личные проблемы её продавца Виктор предпочёл не вникать. Состоялась сделка, после которой можно было бы поставить точку. Но российское правосудие не ищет лёгких путей.

Приговор публикуется ниже (страницы кликабельны). Он выразителен сам по себе, без комментариев. Из приговора убрана (затушёвана) информация личного характера, разглашение которой нежелательно, а неразглашение не влияет на восприятие дела в целом.

Удивительно, но приговор вынесен без выяснения важнейших, ключевых обстоятельств дела. Лежат на поверхности вопросы, на которые так и не получен ответ:
-- Кто убил Валерия Борщова?
-- Почему его убили? За что? При каких обстоятельствах?
-- Какие отношения связывали Борщова с Олегом Минаевым, с которым они проживали вместе?
-- Кто убил Минаева? Почему? При каких обстоятельствах?
-- Имел ли Борщов отношение к убийству Минаева, и если имел, то какое?
-- Почему Борщов продавал своё единственное жильё, да ещё срочно? Почему он более 10 лет (с 2004 года) не общался со своими ближайшими родственниками?
-- Если Виктор Гибадуллин знал об убийстве Борщова, то когда, от кого, каким образом он получил эту информацию?
-- Кто, кроме Виктора Гибадуллина, входил в состав организованной группы, о которой прямо говорится в приговоре? Почему личность ни одного из этих людей не установлена?
-- Если сделку по продаже квартиры оформлял не Валерий Борщов, а действующее от его имени «неустановленное лицо», то кто это был?


Не дело, а сплошные белые пятна! Но ещё удивительнее то, что поиск ответов (в том числе, на минуточку, раскрытие двух убийств – Минаева и Борщова!), вероятно, вообще не входит в дальнейшие намерения правоохранительных органов. Почему? Да потому, что раскрытие этих обстоятельств должно было бы привести к полной переоценке фактов, положенных в основу приговора. Но раз приговор спокойно выносится, значит, переоценивать эти факты уже никто не намерен.

Дело даже сложно назвать сфабрикованным. В нём нет ни поддельных вещественных доказательств (таких, как Трусы Кати Щербаковой), ни явно ложных показаний. Всё, что есть -- это фантастический приговор. Попробуйте найти в нём хотя бы одно доказательство виновности Виктора Гибадуллина. Их там нет! На основе простого договора купли-продажи следствие с изобретательностью, достойной Агаты Кристи, сочиняет замысловатое преступление, а суд доказывает – нет, не факт, а только возможность его совершения! Как и в случае с Александром Ионовым, суд выдаёт доказательство возможности совершения деяния за доказательства факта его совершения. Но если в деле Ионова такая логика носит вспомогательный характер, то в деле Гибадуллина на ней построено всё.

На сём пока закончу. Приговор подан, прошу к столу! Кто-то скажет, наверное, что это -- очередной пример невероятной разнузданности наших судов. Увы, я не нахожу в себе сил поспорить с таким выводом.













Tags: дело Виктора Гибадуллина, другие уг. дела, другие уг. дела Химкинского СО
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 4 comments