msannelissa (msannelissa) wrote,
msannelissa
msannelissa

На трассе (продолжение)

Много времени в тот вечер на трассе я потеряла из-за того, что, как оказалось, вышла из машины в нехорошем месте. Там дорога пошла под уклон, всё вниз, вниз и вниз. В таком месте машины разгоняются, особенно тяжелые фуры, и остановиться, чтобы взять пассажира, водителю неудобно. Нужно было выйти на пригорок – на подъёме все они легко тормозят. При этом особенно хорошо, если твой силуэт издалека виден на фоне неба. Тогда у водителя есть время, чтобы принять решение.

Так я шла вперёд, а уклон всё не кончался. В совокупности, включая утреннее, судя по состоянию ног, я прошла в тот день около тридцати километров.

Делалось прохладнее, возможно, потому, что я постепенно спустилась до дна ложбины. В кустах начинали петь соловьи – пришло их время. На более ровных участках я пыталась голосовать, но куда там! Спуск был длинный, и разгонялись они на нём хорошо, так что даже небольшой подъём теперь не имел значения. Пролетали они его, почти не заметив. В довершение всего дорога повернула так, что низкое солнце оказалось точно впереди и бросало водителям подсветку на глаза. Подозреваю, что они меня просто не видели.

Мне и теперь сложно голосовать, в первую очередь морально. К этому надо привыкнуть, приучить себя. Но по мере приближения ночи моя гордость тихо сворачивалась в трубочку, и мне удавалось заставить себя держать руку поднятой – так долго, пока эта рука не начинала дрожать. Одновременно я продолжала медленно подниматься вверх. И все равно грузовичок пролетел два десятка метров, пока остановился.
Это произошло в тот момент, когда солнце село за горизонт!

И не говорите мне, что человечество в целом дурно. Человечество в целом подозрительно. Оно ищет благородных подвигов и всё время рвется кого-то от кого-то спасать: бродячих собак от живодеров, детей от маньяков-педофилов, девушек от насильников и так далее. И хотя хороших людей в десятки раз больше, чем плохих, все эти хорошие люди почему-то ждут от остальных подвоха. Мы не доверяем друг другу. Ума не приложу, с чем это связано.

Заметила: мне часто не верят, когда я говорю, откуда и зачем еду.
Иногда подумаешь: а зачем вообще я это говорю? Могла бы отмолчаться или наврать с три короба, как в песне.
Но, во-первых, мне это кажется вопросом вежливости. Как-то неправильно обманывать тех, кто тебе помогает.
Во-вторых, не умею обманывать. Ко всему на свете надо иметь привычку, иначе ничего не получится. Буду глупо и смешно выглядеть. Да и неприятна мне мысль о лжи, и причины учиться врать - не вижу.
Не хотите верить – не верьте. Ваше право. Тем более, что я, кажется, знаю, почему.
Вы давно расстались с надеждой. Вы убедили себя, что любви, дружбы, преданности, верности и чести больше нет. Что всё это детские сказки, не имеющие к реальной жизни малейшего отношения. Где-то в глубине вашей души часть этой надежды, быть может, жива, но вам слишком больно её трогать. Это слишком большой секрет. Вы скорее скажете, что нет ничего, и что жизнь – это война без правил, квартиры и зарплаты, бизнес и коррупция, подлость и ложь.
Да не верьте, не верьте. Я вас не выдам. Я приложу палец к губам и тоже скажу, что ничего не видела.
Мы летим по трассе на закат. Странно: выбираешься несколько часов, а потом счёт идет на минуты. Минуты до закрытия метро, какого-нибудь Домодедово или Зябликово.
А попутчику моему в Подольск. Я выхожу на повороте и вновь голосую. Уже темно.
Краем глаза вижу, что он не уехал. Только сделал вид, что уехал, а сам тихо стоит на аварийке в ста метрах впереди. Ждёт.
Мне тормозит белая иномарка.
Это уже такси. Отвозил пассажира в Рязань, едет домой, в Москву.
Мой прежний попутчик трогается и сворачивает на Подольск. Мы улетаем вперед. У нас чуть больше получаса на то, чтобы успеть к станции метро.
Как та самая Золушка с туфлей. Говорят, в час ночи с каждой конечной отправляется последний поезд.
Он спрашивает, куда именно мне в итоге нужно. Это потому, что на пересадку можно уже не успеть. Стало быть, рвём до Тёплого стана, иначе можно застрять на всю ночь уже здесь, в Москве.
Мы успеваем. Вот она – гулкая пустая станция. Поезд стоит. Кажется, он действительно последний.
Я вбегаю в вагон. Всё!
В метро успел – считай, дома.

И не говорите мне, что человечество в целом дурно. Не поверю, можете не стараться. Даже спорить с этим не буду, только улыбнусь. Слишком много видела уже и слишком много знаю.
Спасибо вам всем, друзья!
Счастья вам.
 
Tags: откровения жены "маньяка", путешествия автостопом
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 0 comments