msannelissa (msannelissa) wrote,
msannelissa
msannelissa

Песня слышится и не слышится

И ещё немного того, что Химкинский суд как бы слышал (потому что в протокол заседания 15.03.2016 года внёс), но одновременно и не слышал – потому что никак не учёл и не отразил в своём решении.
Напомню, что в течение всего процесса законный представитель потерпевшей Щербакова Н.А. занималась зомбированием окружающих, отрицая очевидное. Суд охотно шёл у неё на поводу, веря – или делая вид, что верит.


Вспомним ещё раз:
На вопрос государственного обвинителя Солохиной О.В.: Ни на какое имущество родственников Вы не претендовали?
Щербакова Н.А.: Нет, абсолютно нет.
(на заседании 16.11.2015 г.)

На вопрос государственного обвинителя свидетелю: Основания какие-то для оговора его у Вас имеются?
Щербакова Н.А. Нет. я, честно говоря, не знала, что происходит в той семье, что у них я особо не интересовалась
(там же).

При всём этом явственный и неподдельный интерес к недвижимости родственников был продемонстрирован Щербаковыми непосредственно в зале суда. Это видели и слышали все – кроме, как оказалось, судьи Жарких В.А. И вот наконец – реплики к прениям, когда Щербакова Н.А. рассказывает, как она не имела к этому никакого отношения и насколько же она была ни о чём не осведомлена:

Реплика законного представителя: Я хотела еще раз подтвердить и заявить о том, что об изнасиловании своей дочери я впервые услышала только в Рязанской области. Услышала это от постороннего человека, вероятно, следователя, который сообщил мне об этом и спрашивал, смогу ли я спокойно общаться со своей дочерью. Естественно, мне было важно, что она жива, в первую очередь. Кроме того, на самом первом судебном заседании, когда была судья Алексеева, перед началом заседания, там был зал больше, на скамейке сидела Оля со своим представителем, и перед началом судебного заседания, Карагодина подтвердит, Ионов сидел и достаточно громко говорил о том, что какое судебное заседание, какой может быть суд, если доказательств нет, они вообще уничтожены, их не существует. Я спрашивала Наталью Александровну (Карагодину Н.А. -- прим.авт.). Меня это взволновало, почему их нет, как это может быть? Откуда Ионов может знать, где они? Наталья Александровна ответила: «Да я не знаю, может, они в процессе экспертизы куда-то деваются или что-то. Сидите спокойно, все нормально».

По поводу вот этой недвижимости пресловутой. Об этом говорится везде и постоянно. Не хотелось бы вот это все ворошить, потому что это глупо и противно. Но скажу, что в тот момент, когда я познакомилась с Владимиром Ивановичем и мы поженились, у них изначально в семье было такое, что он крестник тети Жени, которая живет в Феодосии, она завещала ему тогда квартиру. Меня это несильно волновало, потому что это их дела. Потом мы периодически ездили туда отдыхать, вся семья, все по очереди ездили туда отдыхать. В какой-то момент, в последние годы ее жизни, мы как-то приехали, на что тетя Женя нас усадила, сказала, что ей нужно с нами поговорить. Сказала: «Я хочу Вам сказать, Нина просит переписать на нее квартиру. Что Вы об этом думаете?». Я сказала, что отношения иметь ко всему этому не хочу. Мне неприятно. Владимира Ивановича это неприятно удивило. Они там с тетей разговаривали. Прошло какое-то время, тетя Женя плохо себя чувствовала, Владимир Иванович к ней ездил, Нина Ивановна ей помогала. Потом через какое-то время были похороны, Владимиру Ивановичу не до этого было, выяснять что-то по поводу недвижимости, потому что он очень любил свою тетю, вопросы задавать было не очень. Потом выяснилось, что квартира принадлежит Нине Ивановне, причем сказала нам об этом Галина Ивановна. Она пришла к нам, мы тогда жили в однокомнатной квартире поблизости, и заявила о том, что, и заявила, что оказывается, Нина Ивановна оформила на себя квартиру и предлагала Владимиру Ивановичу с ней судиться. Сказала, что она с Ниной Ивановной поругалась. Я сказала, что делать ничего не нужно, потому что уже есть, то есть. Я его отговаривала, потому что между своими людьми какие могут быть судебные разборки. А теперь они все обвиняют Владимира Ивановича в корысти. Обычно человек судит по другим людям о себе. Документы никто не показывал Владимиру Ивановичу. Вполне возможно, там не совсем честно было вступление в наследство. Владимир Иванович говорил мне о том, что если это воля тети, что он хотел просто ее волю узнать, то он ее уважает и, естественно, претензий на ту квартиру быть не может, и ему было интересно. Ко мне это не имеет никакого отношения. Подтверждаю, что никакого интереса к квартире у меня никогда не было и быть не может.


Хотите – верьте, хотите – нет, но это точно записанная стенограмма, вошедшая в официальный протокол судебного заседания. Но даже после этого Химкинский суд ухитряется утверждать, что у потерпевших нет мотива к оговору обвиняемого.

Tags: #Химкинский суд, #адвокат Карагодина Н.А., #риэлтор Щербакова Н.А., #трусы Кати Щербаковой, дело Ионова-2 (Жарких В.А.), квартирный вопрос
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments