msannelissa (msannelissa) wrote,
msannelissa
msannelissa

Category:

Недопустимое

В Деле о Подброшенном Конверте ярко выделяется тема недопустимых доказательств.
На них основан приговор.

Понятие недопустимого доказательства вводит статья 75 Уголовно-процессуального кодекса России, она же и раскрывает его содержание.
Вот она по ссылкестатья 75 УПК РФ
Для нашего случая особенно важно в ней следующее:
Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.
И далее важное конкретное уточнение:
К недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Обратите внимание на принцип здорового минимализма.
Суду неинтересно содержание недопустимого доказательства. Если процессуальное действие (личный досмотр, допрос, очная ставка и т. д.) проведены с нарушениями УПК, то суд вообще никак не рассматривает результаты этих действий. Здесь уже неважно, например, стоит ли на документе подлинная подпись подозреваемого, обвиняемого. Человеку могли угрожать, его могли обмануть. В отсутствие защитника могло произойти всё, что угодно.

Так оно и произошло! Посмотрев на Хронику дела, мы видим, что Евгения Шестаева была задержана 17.07.2015 г. Ей не дали возможности связаться с родными (те на следующий день подали заявление о её безвестном отсутствии). Ей также не позволили найти своего адвоката. Роль защитника по просьбе следователя Кончаковой Т.С. сыграл её приятель Миронов Юрий Данилович. Действуя совместно, Кончакова, Миронов, Башлыков, Матряшин и ещё несколько полицейских составили полный набор документов, необходимых для обвинения.

Всё это – грубейшие нарушения законодательства России, вплоть до Основного её закона, гарантирующего право на защиту. Именно поэтому первоначальный приговор был отменён. Дело, тем не менее, не закрыли, ошельмованную следствием девушку не оправдали, а направили дело на новое рассмотрение в суд.

20.07.2015 родные нашли Евгению Шестаеву, и с нею вышел на связь адвокат. Только с этого момента показания Евгении являются полученными законным путём. Немаловажно, что ничего общего с показаниями, якобы данными Евгенией раньше (без адвоката!) они не имеют.
Добавим сюда разоблачение Миронова Ю.Д., произошедшее почти через год, весной 2016 – ссылка.

Вообще говоря, суд не нуждается ни в чьих подсказках для того, чтобы признать доказательство недопустимым. Тем более, что в данном случае имелись прямые указания вышестоящего суда. Несмотря на это, только в одном заседании второго судебного процесса 09.07.2018 г. защита подала 15 (!) ходатайств о признании тех или иных доказательств недопустимыми, обращая внимание судьи Шелеповой на целый букет допущенных следствием нарушений закона.

И здесь мы подходим к весьма интересному моменту.
Для того, чтобы признать доказательство недопустимым, суду может быть достаточно даже небольших подозрений. Так, в деле против Александра Артюха суд признал недопустимым доказательством видеозапись камер наблюдения, на которой был запечатлён момент преступления. Казалось бы, что правосудие может только мечтать о таком! Но нет. Доказательство отклонили, несмотря на то, что его происхождение было ясным и понятным. Объяснение просто – запись подтверждает полную невиновность обвиняемого.

Что же мы видим здесь?
Здесь сомнительные доказательства нужны обвинению, а не защите. Защита указывает в ходатайствах на их недопустимость. Суд не может просто отказать, аргументы защиты слишком весомы. Рождается следующая формулировка (внимание, это стоит высечь на скрижалях!):
… ходатайство … об исключении из числа доказательств … на данной стадии судебного заседания оставить без удовлетворения, поскольку для того, чтобы рассмотреть вопрос о допустимости или недопустимости как доказательства по уголовному делу, суду необходимо дать [доказательству] оценку в совокупности с другими исследованными по уголовному делу доказательствами, что в стадии судебного следствия по уголовному делу произвести невозможно. Вопрос о допустимости или недопустимости как доказательства по уголовному делу … рассмотреть в стадии вынесения непосредственного решения по существу настоящего уголовного дела.

Пруф. С подписью судьи Шелеповой. Это фрагмент протокола от 09.07.2018 г. (и это повторено неоднократно, аж 15 раз!)

С точки зрения закона перед нами полная белиберда. Если доказательство недопустимо, то ни о какой его оценке в совокупности речи быть не может. Суд обязан такое доказательство исключить, словно его не было, см. положение закона выше. Если же судья намерена давать доказательству некую оценку, стало быть, она в удовлетворении ходатайства уже отказала. Причём отказала сейчас. Грубо проигнорировав при этом все нарушения, на которые указала защита.
Почему?
Признание доказательств недопустимыми лишило бы суд возможности применить излюбленный приём – объявить подсудимого виновным на основании «совокупности доказательств», якобы «взаимно подтверждающих и дополняющих друг друга». Ну там, пролетела ворона, проехала машина, дождик пошёл, потерпевшую зовут Наташа, а у обвиняемого при обыске изъяли чёрные брюки. Логика на грани бреда -- и расчёт на то, что приговоры никто не читает внимательно. Вон какую кипу же бумаг собрали! Именно для этого судья так ревностно защищала каждый, правдами-неправдами приобщённый к обвинению документ. Нужна именно кипа бумаг, рыхлая и нечитаемая. Мутная вода, в которой судья намерена похоронить Истину.

Но один документ имеет особое значение. Это так называемый протокол личного досмотра обвиняемой. С его исключением теряет смысл и всё остальное. Для чего, к примеру, экспертиза вещества, для чего хроматограммы и анализ, для чего инструкции, если вещество у Евгении Шестаевой вообще никогда не изымали?
Был подброс, обыкновенный подброс.
Преступление, которое судья Бутырского районного суда г.Москвы Шелепова Ю.В. укрывала, как могла. И укрыла.

Статья 305 УК РФ. Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (действующая редакция)
1. Вынесение судьей (судьями) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта -
наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на срок до четырех лет.
2. То же деяние, связанное с вынесением незаконного приговора суда к лишению свободы или повлекшее иные тяжкие последствия, -
наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет.


Данными о том, чтобы эта статья УК РФ применялась когда-либо, мы не располагаем.

Tags: Бутырский суд, Дело о Подброшенном Конверте, нарисуем что хотим, судья Шелепова Ю.В.
Subscribe
promo msannelissa december 3, 2014 02:48 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Промо-блок свободен. Добро пожаловать!
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments