September 16th, 2016

«Вокзала» не будет?

Мне нужно развеять несколько мифов о колониях-поселениях. Наши представления о них до сих пор основаны на фильме «Вокзал для двоих», на воспоминаниях Игоря Губермана и Иосифа Бродского.

Ещё можно изучать УИК РФ – настольную книгу людей, попавших в беду. Статья 129 И комментарий к ней.

Collapse )

Так вот. Всё это совершенно не соответствует действительности.
Это не легенды, это -- действительно было. И Прогулки вокруг барака -- не фантастика. Но именно в последние годы -- или, может быть, десятилетие? -- исправительная система стала делаться всё более бесчеловечной, превращаясь из исправительной в истребительную.
Вот одна из ссылок на эту тему. Их можно немало сейчас найти по ключевым словам колония-поселение.
Современная колония-поселение по режиму уже практически не отличается от зоны общего режима. А дело всё в маленьких оговорках: с разрешения администрации колонии осуждённым, не допускающим нарушений может быть разрешено и т.д.

Иным словом, администрация колонии, не разрешая родственникам посещение, не выпуская осуждённого за колючую проволоку, не позволяя ему жить с семьёй (да будь там хоть куча детей, любящая жена и инвалиды-родители!) – тем самым нисколько не нарушает закон. По закону всё перечисленное – право администрации, но не её обязанность. Этим-то правом администрация и не пользуется. Практически – никогда.

Попадая в «исправительное» учреждение, любой заключённый становится заложником. Контроля за решениями администрации нет. Даже в Рязанской области, не так-то уж далёкой от Москвы, сотрудники ИК чувствуют себя полновластными властелинами. Проверок они не боятся. На них полноценно работает схема, излюбленная похитителями людей : ведите себя как мы скажем, или мы сделаем с вашим сыном (мужем, братом) всё, что пожелаем. Ведь администрация, независимо от поведения осуждённого, может приписать ему любое нарушение режима – и тем самым полностью развязать себе руки.

Летом 2015 года мы это видели. Каким образом спокойный, законопослушный, контактный немолодой человек через месяц после своего появления в ИК-4 мог вдруг оказаться нарушителем режима, да ещё злостным?

Каким образом человек, который, получив предписание УФСИН, немедленно и добровольно явился по месту исполнения незаслуженного «наказания», мог быть признан склонным к побегу?

Год назад я эти вопросы не расследовала. Мне казалось, что с освобождением Ионова они потеряли актуальность. Но всё оказалось иначе. Не названные до сих пор оборотни в химкинских силовых структурах слишком сильно ненавидят Александра Ионова за непокорность и невиновность. Презирая закон, любой ценой присудить ему реальный срок заключения под стражей и, как только он появится в ИК, расправиться с ним – вот тот план, который, скорее всего, нас ждёт.
 
promo msannelissa december 3, 2014 02:48 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Промо-блок свободен. Добро пожаловать!