Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Введение (обновляемое)

Мы сажаем деревья на сухом склоне Тепе-Оба.
Засуха у нас длится уже года полтора. Сосед пробурил скважину глубиной 33 метра -- но вода оказалась солёной.
С горы видно море и город Феодосию. На другой стороне залива угадывается Керчь. Осенью к нам приходят облака. Мы собираем росу и редкие дожди.
Этот журнал сейчас меняется, как и планировалось. Кстати, иногда мы ночуем в городе -- в той самой квартире, которая не досталасьт  семейке Щербаковых и из-за которой было сфабриковано уголовное дело. Получается, что эта беда отняла у нас восемь лежизни. Впрочем, наша жизнь -- марафон, который ещё неизвестно, когда заканчивается.
Основные темы журнала пока прежние:
promo msannelissa december 3, 2014 02:48 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Промо-блок свободен. Добро пожаловать!

Петиции. Безнадёжность? Комментарий.


Вот мой комментарий к петиции из предыдущего поста -- краткое изложение всего происшедшего с нами.
Само собой, собственную петицию мы тоже составили. Её тоже можно подписать.


К выводу о том, что уголовное дело против моего друга и будущего мужа сфабриковано, я пришла путём сличения и анализа документов. Я была в шоке от невероятного количества подтасовок в приговоре. Суд буквально называл чёрное белым, а белое чёрным. Граждане, показания которых приводились как свидетельские, ничего не видели и говорили что-то, абсолютно ничего не доказывающее. К делу приобщались какие-то вещи, которые ровным счётом ничего не значили, экспертиза их не проводилась, тем не менее протокол выемки считался доказательством виновности обвиняемого. Потерпевшие рассказывали такое, чего физически не могло происходить. Мне стало понятно, что материалов дела никто не читал. В тот момент я горячо надеялась, что приговор будет отменён вышестоящим судом. Как и все мы, я выросла с верой в защиту государства. Мы поженились уже после вынесения приговора. Мы же были законопослушны, позитивны, невиновны, как мог суд не оправдать нас? Я была уверена, что наше дело -- это ЧП, результат халатности и судебной ошибки. Смешно вспомнить, да и глупо, конечно же, но ведь мне действительно казалось, что вот сейчас Бастрыкин схватится за голову, прокурор Чайка всплеснёт руками – стоит только внятно и обоснованно результаты наших изысканий изложить.

С этого момента прошло ещё два года. В общей сложности мой муж выдержал более 50 заседаний судов разных инстанций. В нашей коллекции два приговора, несколько апелляционных постановлений и многие десятки отписок. Всё это время мы продолжали тщательный разбор материалов дела. Мы находили всё новые доказательства его фальсификации. Стало очевидно, что следователь и двое экспертов совершили должностное преступление -- фальсификацию вещественного доказательства. Прокуратура города Химки, где всё произошло, покрывала это преступление, а суды пытались придать сфабрикованному делу видимость законности. То упорство, с которым чиновники и поныне игнорируют все доводы здравого смысла, показало нам – ничего уникального в нашем деле нет. Это не ЧП и не случайная ошибка. Мы попали на отлаженный людоедский конвейер, где следствие, прокуратура, суды и ФСИН закручивают каждый свои гайки. Вся эта взбесившаяся система не имеет ничего общего с правосудием. Суть её «работы» – целыми семьями уничтожать граждан России.

Мы прибегли к последнему средству. Надежд на защиту государства больше нет. Все средства исчерпаны. Мы убедились -- для людоедов в погонах и мантиях закон не имеет значения. Суд, конечно, пытается создать видимость доказанности обвинения, но, когда доказать не получается – это для него не беда. Тогда закон спокойно отодвигают в сторону. «Так сойдёт!» -- говорит судья и выносит обвинительный приговор. И мы занялись выкладыванием дела в открытый доступ. Суд общественности выше продажного официального суда! Пусть мы беззащитны перед властью. Но любой желающий может сам прочесть материалы уголовного дела и убедиться в полной невиновности инженера Александра Ионова.

Нам абсолютно нечего скрывать. Разве тот, кто виновен, станет рассказывать всё без утайки и выкладывать в интернет? Вы видели потерпевших, прячущих свои физиономии? Обычно так ведут себя обвиняемые, но здесь всё наоборот. Не потому ли, что преступники обвинили, судили и осудили невиновного?

Сейчас наши публикации замалчивают. Мы готовы публично ответить на любые вопросы, только нам их никто не задаёт. Мы публично задали множество вопросов Химкинскому суду, Московскому областному суду, прокуратуре и следственному отделу города Химки, а также потерпевшим. Но нам не отвечает никто. Пресса также делает вид, что нас не существует. За полтора года в нашем ЖЖ не появилось ни одного комментария с их стороны. Плюй в глаза – Божья роса!

Мы благодарим вас за эту петицию. Вам не нужно объяснять, что это такое – много месяцев наедине с жутким обвинением. Когда каждый день живёшь, как последний. Когда смотришь на мирную жизнь через стекло. Твоя прежняя работа, отдых, учёба, путешествия, спорт, искусство – бесконечно далеко. Словно ты на войне. Или это и есть война? Каждый день мучительно думаешь: почему же это случилось именно с тобой? И как будто вправду виноват в чём-то. В таком горе сложно смотреть по сторонам. Социальные связи рвутся. Это на руку судьям и следователям, которые при фальсификации дел используют одни и те же схемы. Они называют себя служителями закона, но сами при этом тупы, как мошенники. Как и у мошенников, их схемы эффективны, обкатаны на множестве эпизодов, учитывают психологию людей. Застигнутые врасплох обвинением, невиновные неопытные граждане и их родственники в шоке ведут себя похоже Но попробуйте повести с себя с мошенниками нестандартно. Они растеряются и не смогут адекватно отреагировать. У них просто нет других схем! Это ещё одна причина, почему я приглашаю к себе в журнал. Мы разобрали пока только одно сфабрикованное дело, но очень подробно. Нужно не замыкаться в себе, а обмениваться опытом. Это может многим помочь.

Спасибо за внимание. Петицию подписала.

Слово причёсанному свидетелю. Продолжение

Запись показаний Алексея Елдашова в протоколе судебного заседания от 02.12.2015 г. занимает десять страниц. Здесь продолжение. Анализ будет дан позже.

На вопрос государственного обвинителя свидетелю: Ну Александр как себя вел?
Свидетель: Мне кажется, он в растерянности был, не знал, что делать. Ему было жалко видно, как я понимаю, Катю, потому что родственница. И он тоже ее уговаривал еще дома до поездки. И я сколько раз на кухне пытался их убедить, что лучше домой вернуться. На что Катя в отказ шла.
Collapse )
Он говорит: «Да Лех, но не то, что ты думаешь. То есть подумаешь». Что я могу подумать, всегда человек думает о плохом вначале, а потом уже о хорошем, это любой человек.
На вопрос суда свидетелю: Разговор на этом закончили?
Свидетель: Да, абсолютно верно, все и закончилось.
Вопросов нет.
Свидетель удаляется из зала судебного заседания.




Так что же скрывал судья?

Всякая история когда-то подходит к концу. Сколько бы ни длилась и как бы ни были запутаны следы. Как говаривал один знакомый -- не смейтесь, но и вправду покойник -- долго врать опасно, так можно и до правды довраться. На последнем судебном процессе это почти произошло. Приговор подчищен, и судья сделал всё, чтобы на проступившие крупицы правды никто не обратил внимания.



Вот и нет больше Маши Врушкиной, а есть признанная потерпевшей Щербакова Екатерина Владимировна, проживающая в мкр.Сходня г.о.Химки Московской области. Совершеннолетняя гражданка России, в полной мере несущая ответственность за свои поступки и проступки. Есть уголовное дело, в котором потерпевшая не пострадала, а пострадавший признан виновным. И есть множество вопросов, на которые всё равно придётся отвечать.

Сейчас сторона обвинения молчит. Молчит изо всех сил. Только чуть доносится попискивание, шорох закулисной возни. Но за них говорят документы, с которыми не поспоришь!






В последний год я обратила внимание на изменение в характере дочери. Она стала требовать больше свободы, какие-то обиды у неё стали возникать на меня, непонятные для меня самой. Она стала требовать больше предоставлять ей времени для улицы. … Последний учебный год дался Екатерине сложно, её условно перевели в 9 класс. Со своим бывшим мужем я в разводе уже около 4 лет, но вместе мы не проживаем уже около 8 лет. В июле 2012 года Екатерина заявила, что уходит жить к отцу. Я уже не могла её остановить, так как силой заставить её остаться дома со мной уже не могла.(из показаний Щербаковой Н.А. 30.09.2012 г., т.1 л.д.78)

Впоследствии семья Щербаковых и мобилизованные ими свидетели будут изо всех сил создавать впечатление о Кате Щербаковой как о маленькой, неопытной девочке. Но вот перед нами она сама, её подруги и её страница ВКонтакте. Несоответствие режет глаз. Как и мысль о том, что неполная семья, где выставили за порог отца и чураются родственников, по определению не может быть благополучной.
Collapse )

Никто не хотел много врать. Потерпевшая, скорее всего, сказала правду. Да, действительно было. Что-то. Только -- что же именно было, как именно было, с кем, где и когда?


Богатое слово и судья Жарких В.А.

Удивительное рядом. В ответ на заявление Ионова А.В. Химкинская прокуратура отмолчалась, зато в приговоре Химкинского суда нарисовался вот такой абзац. Это на стр. 11, что можно проверить.

Суд не принимает по внимание показания потерпевшей Щербаковой Е.В. в той части, что «Ионов А.В. совершил в отношении нее половой акт без ее согласия», поскольку они не подтверждаются материалами дела, а также фактическими обстоятельствами. Кроме того, при производстве гинекологической экспертизы Щербакова Е.В. рассказала эксперту, что вступала с Ионовым А.В. в половую связь добровольно (т.2 л.д.83- 85). Выводы данной экспертизы в судебном заседании подтвердила эксперт Курилина Э.В., которая показала, что Щербакова Е.В. рассказывала ей об обстоятельствах произошедшего с последней, и она все изложенные Щербаковой Е.В. сведения записала в виде прямой речи в графе «со слов потерпевшей»

Что вы, я не берусь утверждать, что независимость Хмкинского суда -- фикция. Или что в городе Химки суд, прокуратура и следственный отдел срослись в один коррупционный клубок. Это всё досужие разговоры, не более. А чем объясняются сии чудеса, я просто не знаю.




Так вот второй раз похоронили историю с изнасилованием Маши Врушкиной. Хотя -- надолго ли? Что расскажет теперь семья Врушкиных, то есть Щербаковых, на апелляционном суде? Продолжат ли цепляться за слово изнасилование прокурор Солохина О.В. и адвокат Карагодина Н.А.? И наконец, для чего им, всё-таки, это нужно?

Однако любопытно вот что. Кроме потерпевшей Щербаковой Е.В., в один голос говорят то же самое свидетели Ескина, Зенина, Соловьева, Щербакова Н.А. и Щербаков В.И. Да ещё мало что то же самое, про половой акт без согласия, а прямо про изнасилование, никак иначе. Но к показаниям всех этих свидетелей, в этой части, суд своего отношения не выразил. Никак.

Что же это значит? Либо суд признаёт, что все эти показания носят производный характер, т.е. представляют собой ни что иное, как пересказ услышанного от Щербаковой Е.В. Но тогда неясно, почему суд вообще считает всех этих людей свидетелями. Либо... тут уже я не знаю, что и думать.
В общем, ответов не получено, как всегда.

Ионов: выступление в прениях 15.03.2016 г. (часть 1)

Это текст выступления обвиняемого в судебном заседании 02.03.2016 г. -- самое объёмное из всех выступлений в прениях на новом судебном процессе. Как и прежде, обвиняемому было нечего скрывать, и он хотел сказать больше всех. Понимая, что длинный пост не есть хорошо, всё-таки публикую речь полностью, без сокращений.

Уважаемый суд!
В преступлении, которое мне приписывают, виновным себя не признаю. Считаю, что в судебном заседании совершение мной данного преступления не доказано. Считаю также, что сторона обвинения взвалила на себя непосильную задачу, пытаясь доказать то, чего не было в действительности.

Collapse )

продолжение следует

Щербаков В.И.: Я пришёл сказать, что ничего не знаю!

Этот длинный пост посвящён ещё одной мелкой детали, которую я считала несущественной. Но, поскольку на суде из неё выросла весьма заковыристая история, мы всё-таки приняли решение к ней вернуться.

Как мы знаем, один свидетель ясно подтверждает алиби обвиняемого. Его показания были оглашены в судебном заседании 17.02.2016 г. Но тому же алиби есть и несколько косвенных подтверждений, ведь Ионов в поисках владельца машины, загородившей ему выезд, заходил также и к соседям, причём дважды. Мне казалось, что через 3,5 года искать подтверждения этому бесполезно, коли сразу не спросили. И всё-таки это оказалось не совсем так!

Вот фрагмент допроса свидетеля Шевченко Г.И. в судебном заседании 18.12.2016 года:
Collapse )

Далее в течение допроса Шевченко Г.И. ещё несколько раз вспоминает эту оставшуюся на участке машину Ионова. Подозреваю, что не последнюю роль здесь сыграло беспокойство хозяйки садика за какой-нибудь чуть не задетый колёсами любимый куст. Или за овощную грядку… А затем в заседании 21.01.2016 г. выступила Ионова Н.И., которая поговорила с соседкой в 2014 году. В то время Елена Т-ва чувствовала себя лучше, чем теперь, вспомнила обстоятельства осени 2012 года и -- написала записку! В подтверждение своего рассказа она собственноручно написала три слова: Саша меня достал. Нина же Ивановна, приняв в подарок сумку яблок и кабачков, спрятала драгоценную записку и обещала картину (этюд), которую и передала соседу в следующий свой приезд. Выглядит всё это, конечно, очень наивно. Но такими были представления двух пожилых женщин, не имеющих понятия о практике судопроизводства.
Collapse )

Знаменитая записка вот, вместе со Щербаковым В.И., который в неё не верит (и ничего не знает).
   

Разумеется, никто и не думал приобщать её к делу – потому что это, строго говоря, в принципе не документ. Суд не знает, когда, кем и при каких обстоятельствах она написана. То есть обстоятельства, конечно, известны, но не доказаны. Теоретически Т-в мог бы узнать руку своей жены, но и это не гарантия подлинности всей истории. И если Нина Ивановна считает записку важным доказательством, сам обвиняемый относился к данной истории снисходительно.

Тем не менее, в конце заседания сторона защиты ходатайствовала о вызове Т-ва в качестве свидетеля. Суд в ходатайстве отказал, но предупредил, что не откажет в допросе, если Т-в явится по собственной инициативе. Позже оказалось, что данное решение сильно напугало Карагодину и Со.

На следующем заседании, 09.02.2016, вместо Т-ва в суд явился -- в очередной раз! -- Щербаков Владимир Иванович, а Карагодина подала ходатайство о его дополнительно допросе. Ходатайство было удовлетворено, и вот что последовало:
Collapse )

И вот как вся эта история отражена в приговоре, вынесенном тем же Химкинским судом 18 марта 2016 года:

Collapse )

Здесь мы видим нечто феерическое. Явно заинтересованная сторона оказывает совершенно недвусмысленное давление на свидетеля, предотвращает его появление в суде и выступает вместо него в судебном заседании, интерпретируя сказанные свидетелем слова так, как пожелает. И вот как же данную совокупность фактов оценивает суд? А никак! Он не выражает ни малейших сомнений в истинности слов четы Щербаковых. Суд лукаво опускает вопросы о том, как и по чьей инициативе произошёл контакт потерпевшей стороны со свидетелем. Суд полон сомнений только в отношении показаний Н.И.Ионовой и Г.И.Шевченко. Почему? Чем одни свидетели лучше других? Все они находятся в родственных отношениях и все имеют мотив. При этом мотив Щербаковых ещё более очевиден, чем раньше -- он ясно обозначился на последних заседаниях суда. Давая показания, Щербаков В.И. буквально трясся от страха и ненависти. Но теперь стали очевидны и мотивы самого суда: неугодны оказались свидетели, показания которых говорят в пользу обвиняемого. Когда же выступали риэлтор Щербакова Н.А. и её гражданский муж, суд внимал каждому их слову с младенческой наивностью, дабы вписать всю историю в обоснование приговора и заявить, будто она подтверждает справедливость желаемого решения.


Свидетели обвинения

Как полный профан в вопросах права, я была в шоке, когда узнала, что бывают свидетели обвинения и свидетели защиты. Я-то думала, что свидетель – это свидетель и есть. Если обвиняемый невиновен, то в его пользу будут говорить любые правдивые показания. Это лишь потом мне стало понятно, что деление тут формальное – просто свидетели вызываются в суд по ходатайству той или другой стороны. Соответственно, та сторона и допрашивает свидетеля первой. Это не имеет никакого значения в случае, если одной из сторон нечего скрывать. Но ведь если видеть вопрос широко, а не применительно лишь к данному случаю, то как не признать: в судебной практике честность сторон - нечастое явление.

Сейчас Химкинский городской суд (несмотря на уже два заявленных судье отвода) с новым рвением взялся за исполнение своих обязанностей. Вызван и уже допрошен ряд свидетелей, в том числе и те, кто в процессе под председательством судьи Морозовой Е.Е. показаний не давал. Тогда суд ограничился оглашением их показаний, данных на предварительном следствии. Только много ли эти свидетели могут сказать теперь?

Память – неверный инструмент. Мне не очень верится в человеческую память.

Для примера попробуйте вспомнить, что Вы делали в произвольно выбранный день несколько месяцев назад. Если нет привычки вести дневник, то, возможно, ничего не получится. Запоминаются отдельные, яркие моменты: праздники, экзамены, соревнования… А ещё бывает, что, помня в деталях событие своей жизни, мы не сразу назовём даже год, в котором это было.

Причём сказанное относится к молодым людям с хорошей памятью. Что же говорить о свидетелях пожилых, которые более чем за три прошедших года уж точно не помолодели?

Иных уж нет, а те не в состоянии давать показания! Помните ту женщину, соседку, живущую рядом с домом на Сходне, к которой обращался Ионов в поисках владельца машины, загородившей ему выезд? В тот момент два автовладельца были друг на друга сердиты, а оказалось - их свёл Божий промысел, защищающий невиновных. Кто бы мог подумать, что неприятный мелкий казус обеспечит алиби? Однако осенью 2012 года алиби Ионова мог подтвердить не один, а несколько человек. Но увы! За прошедшее время соседка Елена Борисовна перенесла второй инсульт и уже не может давать никаких показаний в суде. Её муж, знавший об инциденте только со слов супруги, тоже вряд ли сможет что-то вспомнить через три с лишним года.

Под большим сомнением участие свидетеля Елены Викторовны Виноградовой, матери Щербаковой Н.А. В настоящее время ей 86 лет.

Память подводит и свидетеля Галину Ивановну Шевченко (1943 г.р.). Да, отдельные эпизоды ярко в ней запечатлены. Но вот что касается дат, мелких подробностей… На заседании суда 18 декабря 2015 года Галина Ивановна почти с полной уверенностью заявила, что всё случилось летом. Речь при этом шла о событиях 15-16 сентября 2012 года. В свою очередь, свидетель Мелёшкина, которая 29 сентября 2012 года была дежурным врачом Шиловской поликлиники - с не меньшей уверенностью сказала, что девочку на приём привели родители. На злобные вопросы «потерпевшей стороны» Лидия Васильевна, пожав плечами, ответила, что с девочкой были «какие-то взрослые» - вот она и подумала тогда, что это отец и мать. А кто бы ещё это мог быть?

Впрочем, свидетель Мелёшкина сразу же пояснила суду, что девушку, пришедшую на приём три с лишним года назад, не помнит и не узнаёт - может быть, это тут в зале она, а может, и нет. - Ей же только давление померили! - возмущались в коридоре полные сочувствия полицейские. Стоило ли ради этих показаний привозить немолодого доктора (а Лидия Васильевна 1950 г.р.) из рабочего посёлка Шилово Рязанской области, за восемь часов езды только в один конец?

Так вот и подумаешь: может быть, в иных случаях оглашённые показания были бы и вправду уместнее, лучше и точнее?

Хотя, может быть, именно стоило! Отрицательный результат - тоже, как известно, результат. Факт, что тот или иной свидетель ничего не помнит, говорит о том, что событие не оставило эмоционального следа и что ему не придавалось значения.
 

Сказка, написанная давно

Эта сказка в журнале была, но давно, в самом его начале. Кажется, то был 2011 год. А написана она ещё раньше, около 2003-2004 года.
Для меня - это было в другой жизни. Да и для него тоже. Это было в абсолютно другой жизни для нас обоих.
И я не могу ничем объяснить, почему тогда вдруг придумалось и написалось вот это.
Мы не суеверные вообще-то.Но ведь существует такое мнение, что настоящее, прошлое и будущее где-то там одновременно сосуществуют. Если же не так - чем другим можно всё это объяснить?
Желающие могут попытаться найти эту сказку в самом начале журнала - она там есть.
Хотя многие детали никто из нас не мог тогда предвидеть. Жизнь - намного более смелый и изобретательный автор, чем любой из нас.

***
У сказки о Русалочке миллион продолжений, а все потому, что никто не верит в ее ужасный, грустный конец. В самом деле, ну разве возможно, чтобы такая великая любовь оборвалась так печально? Чтобы такое горячее сердце превратилось в морскую пену? Да и вообще, разве может плохо закончиться настоящая сказка?
Collapse )

Я только не могу понять: неужели ты не помнишь меня? Неужто все, что было между нами, оказалось так легко забыть? Я же думаю о тебе каждое утро, каждый вечер, каждый день и каждую ночь. Как может быть, что ты меня не вспоминаешь? Разве это возможно? Ведь что бы ни случилось в твоей жизни, для меня ты все равно останешься принцем.




Рак последней стадии излечим. Только всем ли это нужно?

Не могу удержаться от ещё одного отступления. Статья не новая, и много где есть. Ссыль http://www.liveinternet.ru/users/light2811/post309076941/

Эта статья попалась мне года два назад. Но было поздно. В жизни всё обратимо и более-менее поправимо, кроме смерти.
Люди же по-разному реагируют на приговор врачей. Нам тогда сказали, что сделать нельзя ничего. Вообще. Можно химию, но она не поможет. Можно операцию, но она не поможет тоже. И тогда я сделала, наверное, единственное, что мне оставалось. Я просто не поверила им.
Мы прожили последние два года в полную силу, почти как здоровые люди.
Хотя да… Два года вообще-то превратились в три. Но ведь всё равно это так ничтожно мало!
Я в то время вся состояла из одного внутреннего вопля: НЕЕЕЕТ!!!! Как это бывает в голливудских фильмах – видели? Когда в самой жуткой ситуации герой с отчаянным криком - NO!!! – прорывается сквозь полчища монстров, взрывы и огонь.
Только вот жизнь не кино. Ничего в ней криками не решается.

С тех пор я не могу слышать избитой фразы Главное – верить. Ложь! Вы это сами-то пробовали или так, книжек почитали?
Да, я верила. Моя вера кончилась февральским вьюжным вечером на автобусной остановке возле Северного рынка, где меня застиг телефонный звонок.

С тех пор умерли от рака ещё несколько знакомых мне прекрасных людей. А уж призывы о помощи от людей незнакомых попадаются почти ежедневно.

Но я никому не отправила эту статью и не запостила в комментариях. Очень не хотела нарываться на грубость в ответ. Только тем, кто был лично знаком, я её давала с извинениями в распечатанном виде. И спасибо, что не обматерили, что сдержали раздражённое слово – ладно, что уж с дурочки взять? Нет бы лучше денег догадалась перевести больному!

Люди очень не любят, когда их ставят в неудобное положение. Ещё меньше они любят, когда это положение выявляет их истинные чувства и мысли. Вместо самоотверженной любви так неловко видеть банальную усталость, раздражение из-за  разладившегося быта, досаду на потерянное время, деньги, силы; постыдное нетерпение, затянувшееся ожидание и малоприличные мысли о том, как все будут устраиваться после. Людям очень бывает неприятно, когда на свет выходит то, в чём они стыдятся признаться даже сами себе.

Ведь методика адски трудоёмка. Есть прекрасное выражение – поделиться жизнью. К стыду своему я не помню, кто пустил его в обиход. Каждый ли готов посвятить своё время, свою жизнь другому человеку полностью, на долгие месяцы? Так, что вместо всего, что вы любили – только бдения рядом с кроватью, грязь, кал, клизмы по расписанию, руки, оттянутые авоськами с овощами, тщательный, ежечасный мониторинг состояния близкого человека. Лучшее, что будет – это разговоры, общение. Вы готовы подписаться на это?

Мало кто готов. Например, родственники одного прекрасного художника, около года назад покинувшего этот мир, очень смущаясь и очень неловко помявшись, всё-таки сказали, что этим никто заниматься не будет.

У него было полгорода друзей. Его именем хотят назвать улицу. На его поминках собралось несколько десятков человек, и это лишь те, кто был удостоен. Но в последние дни своей жизни он был чудовищно одинок.
А быть может, и всю жизнь одинок, хоть и в толпе друзей.
Как и почти все мы.
Как-то так.